1936 • СОВЕТСКИЕ АСЫ • 1953

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж-З  И  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У-Ф-Х  Ц-Ч  Ш-Щ  Э-Ю-Я

Линия


Михин Михаил Иванович

9 побед

(9 + 0)
Михин Михаил Иванович
  Флаг ВВС

Родился 25 октября 1923 года в селе Бор-Форпост Волчихинского района Алтайского края. Окончил 9 классов школы № 30 в городе Алма-Ате. В июне 1941 года закончил обучение в городском аэроклубе. Поступил в 1-е Чкаловское ВАУЛ в городе Оренбурге, а с лета 1942 года был курсантом Сталинградской ВАШП. С декабря 1944 года работал лётчиком - инструктором 4-й ЗАБ СКВО. В январе 1946 года направлен в состав 518-го ИАП (282-я ИАД), в составе которого прослужил до августа 1955 года, пройдя путь от командира звена до командира полка.

С июля 1952 года принимал участие в оказании интернациональной помощи народам КНР и КНДР в период войны на Корейском полуострове в качестве командира звена, заместителя командира эскадрильи, командира эскадрильи в составе 518-го ИАП (216-я ИАД, 64-й ИАК). За период с августа 1952 года по конец июля 1953 года капитан М. И. Михин совершил 140 боевых вылетов, участвовал в 67 воздушных боях (имел 21 стрельбу), в которых лично сбил 9 и подбил ещё 3 самолёта противника. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 июля 1953 года удостоен звания Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда" (№ 10834).

В 1955 году закончил Курсы усовершенствования офицерского состава и стал командиром 518-го ИАП в Московском военном округе. В 1958 году стал заместителем командира ИАД в 10-й ОА ПВО, затем в 1966 году - заместитель начальника авиации 6-й ОА ПВО. С марта 1972 года полковник М. И. Михин ушёл с лётной работы и в 1973 году окончил Военную академию тыла и транспорта. С 1980 года генерал-майор авиации М. И. Михин - в запасе. Умер 25 марта 2007 года. Похоронен на Серафимовском кладбище в Санкт-Петербурге.

Награды: медаль "За боевые заслуги" (19.11.1951 г. - за выслугу лет), орден Ленина (06.10.1952 г. - за бои в Корее), медаль "Золотая Звезда" (Указ ПВС от 14.07.1953 г. - за бои в Корее), орден Ленина (14.07.1953 г. - со званием Героя Советского Союза), орден Красной Звезды (04.06.1954 г. - за полёты в сложных метеоусловиях), орден Красной Звезды (30.12.1956 г. - за выслугу лет), орден Красной Звезды (29.04.1957 г. - за освоение новой техники), орден Красного Знамени (16.10.1957 г. - за освоение новой техники), орден "За службу Родине в Вооружённых Силах" 3-й степени (21.02.1978 г.); медали.

*     *     *

Самым результативным полком 216-й ИАД ПВО, принявшей участие в боях над Корейским полуостровом, был 518-й Берлинский ордена Суворова 3-й степени ИАП. Лётчики этого полка уничтожили в небе Кореи 38 самолётов противника и ещё 26 повредили. Командовал полком в начале командировки подполковник Литвиненко, но вскоре заболел и убыл в Союз. На его место прибыл подполковник Поганышев Владимир Иванович - до этого был помощником командира 216-й ИАД по тактике воздушного боя и воздушной стрельбы.

В составе полка результативно воевали 4 лётчика полка, но только один из них достиг статуса аса этой войны и единственный в дивизии был удостоен высшей наградой Родины и стал Героем Советского Союза - это заместитель командира эскадрильи по лётной подготовке капитан Михаил Иванович Михин. В данный авиаполк он прибыл уже после войны в январе 1946 года из запасного авиаполка, где был лётчиком-инструктором. Поучаствовать на фронтах Великой Отечественной войны Михаилу Ивановичу так и не удалось, но и он внёс свой посильный вклад в нашу общую Победу, успев подготовить для фронта с десяток лётчиков-истребителей.

К моменту убытия дивизии в Китай средний налет у лётного состава дивизии на реактивных МиГ-15 составлял не более 70 часов (у американских летчиков, отправлявшихся на войну, он, как правило, превышал 200 часов, то есть был втрое больше). У Михаила Ивановича также к тому моменту налет был всего чуть более 60 часов на МиГ-15, что было явно маловато для отправки его вместе с товарищами в пекло войны. Но приказы командования не обсуждаются, и к середине июля дивизия была доукомплектована, а лётный состав, начиная от командира эскадрильи и до командира звеня, имел даже двойной штат.

15 июля 1952 года специальным литерным поездом дивизия в составе 3-х авиаполков выехала из Баку. Эшелону дали "зелёную улицу", и в конце месяца пассажирский состав пересёк государственную границу в районе станции с многозначительным названием Отпор. На следующей станции Маньчжурия, находившейся уже на китайской территории, все переоделись в китайскую форму народных добровольцев и по КВЖД вскоре прибыли к месту базирования - на аэродромы Мяогоу и Дапу, расположенные недалеко от города Аньдуна, находившегося в Северо-Восточном Китае.

Вскоре прибыла матчасть, и после облёта истребителей лётчики 518-го ИАП без всяких раскачек, сразу же приступили к боевым действиям. 2 августа лётный состав полка осуществил облёт района боевых действий, а уже 5 августа провели первый боевой вылет полковой группой, который, как, в общем, и следовало ожидать, оказался неудачным для наших авиаторов, не имевших опыта современных воздушных боёв и не знавших тактики противника. В результате полковая группа попала под неожиданный удар нескольких звеньев "Сейбров" из состава 39-й FIS 51-го FIW. Естественно наши лётчики растерялись и попросту не успели оказать организованного противодействия, а пилоты "Сейбров", пользуясь неразберихой в нашем "стане", провели несколько быстрых атак и тут же вышли из боя, не понеся при этом никаких потерь. Михаил Иванович плохо помнит этот первый для него бой на этой войне, так как попросту не успел ничего понять: атака сверху была неожиданной, как, впрочем, и крик ведомого по радио: "В меня стреляют!.."

Ведомым у Михина в том вылете был старший лейтенант Иван Яковлев, самолёт которого был почти сразу сбит, но ему всё же удалось уцелеть. Прочная конструкция "МиГа" приняла на себя удар десятков американских крупнокалиберных пуль, а надёжная катапульта выбросила кресло с пилотом из уже горевшей машины. Спустя несколько секунд хлопок раскрывшегося над головой парашюта дал понять лётчику, что он спасён. Вскоре Яковлев вернулся в часть. Кроме него никто, к счастью, сбит не был, но часть самолётов получила лёгкие повреждения. Больше всех досталось машине замполита 2-й эскадрильи капитана Н. З. Броженко, которому "Сейбры" изрядно "пощипали" хвостовое оперение.

Первый блин всегда получается комом, гласит народна мудрость, и отказать ей в правоте почти никто не может. Редко какой лётчик в первом бою сможет хотя бы рассмотреть противника, а уж сбить - это и вовсе редкость! О том, чтобы авиачасть, только недавно прибывшая на фронт, провела бой грамотно и умело, и говорить не приходилось. Однако в данном случае немалая вина лежала и на командовании 64-го авиакорпуса, которое без подготовки, сходу бросало в бой неподготовленные авиачасти. Благо, тогда отделались легко, без жертв.

Основной задачей полка и дивизии в целом, было не допустить противника к важным объектам на территории КНДР. Таких объектов было несколько: к примеру, комплекс ГЭС на реке Ялуцзян, железнодорожный стратегический мост на границе Китая и КНДР возле города Аньдун и так далее. Они имели исключительное значение в обеспечении нужд фронта. Авиачасти дивизии и корпуса в основном справлялись с этой задачей, однако, при этом мы утратили инициативу в боях, снизили активность и разнообразие тактических приемов. Этому в изрядной степени способствовало и новое командование авиакорпуса во главе с Героем Советского Союза генерал-майором С. В. Слюсаревым, удостоенного этого звания ещё в 1939 году за бои в Китае, будучи пилотом бомбардировщика.

Ни в коей мере не умаляя заслуг этого командира, необходимо отметить, что С. В. Слюсарев весьма слабо разбирался в тактике истребительной авиации а, будучи лётчиком-бомбардировщиком, имел типичную психологию, в общем сходную с окопной, и заключавшуюся в одной простой фразе: "небо должно быть надёжно закрыто краснозвёздными самолётами". В результате, если раньше наши истребительные патрули сами искали противника и встречали его группы самолётов на дальних подступах к прикрываемым объектам, то теперь бои происходили уже над ними!

Причина была проста и заключалась в полной деградации тактики нашей истребительной авиации, фактически откатившейся на десяток лет назад к приёмам 1941-1942 гг. Не мудрствуя лукаво, командование 64-го ИАК выстраивало, к примеру, над Супхунской ГЭС "этажерку" в полковых боевых порядках, имевшую иногда до 5 ярусов, в которой наши эскадрильи истребителей барражировали на наивыгоднейшей крейсерской скорости в зоне визуальной видимости охраняемого объекта на заданных эшелонах. При такой тактике наша авиация была поставлена в крайне невыгодное положение. Патрулирование производилось в плотных боевых порядках на столь коротких интервалах и дистанциях, что лётчикам оставалось только наблюдать за действиями идущих впереди самолётов, чтобы, во-первых, избежать столкновения, а во-вторых, не оторваться на развороте.

Понятно, что при этом ослаблялось наблюдение за окружающим пространством, а это, в свою очередь, вызывало неоправданные потери. Противник, получивший в своё полное распоряжение инициативу в выборе времени и направлении первой атаки, не преминул этим воспользоваться и, подходя к району удара, быстро находил слабые места в боевых порядках наших истребителей, по которым и наносил удар, легко "прошивая" нашу медлительную "этажерку" на скоростях, близких к максимальным, действуя мелкими группами с наивыгоднейших направлений.

Очевидность этого доказали события 5 - 6 августа. Если бой, проведённый 5-го числа 518-м полком, обошёлся без жертв (хотя и был потерян один свой самолёт), то 6-го, когда состоялось боевое крещение 676-го и 878-го истребительных авиаполков 216-й ИАД, жертв избежать уже не удалось. В тот день 878-й ИАП не досчитался 2-х МиГ-15бис и одного лётчика. Один сбитый "Сейбр" был, конечно, весьма слабым утешением. И опять повторились ошибки, допущенные в бою 5 августа.

Необходимо отметить, что лето 1952 года было для наших лётчиков, пожалуй, наиболее трудным периодом воздушной войны в небе Кореи. По сравнению с предыдущим 1951 годом, когда авиачасти советского 64-го ИАК перехватили инициативу в схватках над Северной Кореей, нанеся 5-ой ВА ВВС США ряд чувствительных поражений в воздушных боях в так называемой "Аллее МиГов". Однако к лету 1952 года инициатива в воздухе была нами утеряна, и перевес в боях в воздухе явно склонился в сторону авиации США.

К этому неприятному для командования 64-го ИАК положению привели ряд причин: во-первых, в конце 1951 года изменился структурный и качественный состав авиачастей 5-й ВА ВВС США, действовавший в Корее. В бой были брошены наиболее подготовленный лётный состав американских ВВС, способный выполнять боевые задачи в условиях жесткого противодействия со стороны истребителей противника. В массе своей это были пилоты с боевым опытом Второй Мировой войны или уже повоевавшие в небе Кореи. В составе тактической авиации продолжалось наращивание количества авиагрупп, оснащённых реактивными истребителями-бомбардировщиками F-80 и F-84.

Наконец, весьма неприятный сюрприз подготовили нашим лётчикам и заокеанские авиаконструкторы: именно в августе 1952 года в американские строевые части начали поступать F-86F с так называемым жёстким крылом "типа 6-3". Это крыло давало во-первых, за счёт удлиннения носка увеличилась площадь крыла - удельная нагрузка на крыло уменьшилась, маневренность улучшилась. Во-вторых, крыло позволяло развивать более высокую скорость, так как обладало меньшим сопротивлением за счёт того, что передняя кромка стала более острой и гладкой, без щелей предкрылка, и стреловидность по передней кромке стала больше. Кроме того, на крыло "6-3" установили аэродинамические гребни, которые улучшили поперечную устойчивость самолёта на больших углах атаки, что улучшило управляемость самолёта. По мнению самих американских лётчиков, за исключением вооружения, F-86F фактически по всему комплексу лётно-тактических характеристик превосходил советский МиГ-156ис.

Наращивались возможности и других вражеских "рабочих лошадок". В частности, авиагруппы истребителей-бомбардировщиков получили на вооружение более мощную и маневренную модификацию "Тандерджета" F-84G. Почти все соединения, оснащённые поршневыми истребителями-бомбардировщиками F-51 "Мустанг", были перевооружены на реактивные F-80, которые, впрочем, также долго не задержались в боевом строю и постепенно в ходе боевых действий начали заменяться куда более совершенными F-86F в варианте истребителя-бомбардировщика. Замечу, что таких авиагрупп, каждая из которых по штату соответствовала советской авиадивизии, летом 1952 года в небе Кореи действовало 6 штук.

В итоге, к августу 1952 года, то есть к моменту прибытия на ТВД 216-й авиадивизии ПВО, в составе которой был и Михаил Михин, в "Аллее Мигов" действовала мощная авиагруппировка 5-й Воздушной Армии ВВС США, имеющая в своём составе 2 авиагруппы (4-я и 51-я) истребителей F-86. Ещё 3 авиагруппы (49, 58-я и 474-я) имели на вооружении истребители-бомбардировщики F-84. И, наконец, ещё 3 соединения (8, 18-я и 35-я авиагруппы) действовали на штурмовиках F-80. Заметим, что указанная группировка, состоящая из 8 авиагрупп, имеющая на вооружении только реактивную авиатехнику, была лишь частью 5-й ВА ВВС США, являвшихся основой ВВС ООН, под флагом которых "объединёнными нациями" и велись боевые действия против КНДР.

К моменту прибытия Михаила Михина в прифронтовые районы Китая в конце июля 1952 года, в передовом эшелоне 64-го авиакорпуса действовала только одна советская авиадивизия ПВО - 133-я, под командованием полковника А. Р. Комарова, имеющая в своем составе 3 авиаполка. А с сентября месяца их стали поддерживать с тыловых аэродромов части второго эшелона 64-го корпуса и в частности авиаполки 32-й ИАД ВВС и 216-й ИАД ПВО. Вот эти 3 советских авиадивизии (всего 9 авиаполков), с сентября 1952 года и до окончания боевых действий в Корее, действовали в составе 64-го ИАК в дневное время суток против 8 авиакрыльев истребителей-бомбардировщиков и перехватчиков ВВС США.

Учитывая авиачасти Объединенной Воздушной Армии (ОВА), в состав которой входили в разное время 3 - 4 китайских и одной северокорейской ИАД, силы противников с количественной точки зрения можно оценить как примерно равные. Однако это была не более чем видимость, поскольку 5-я ВА ВВС США обладали очевидным преимуществом в опытных лётных кадрах, которым противостояли в массе своей подготовленные на скорую руку китайские и северокорейские лётчики, как раз и составлявшие львиную долю "добычи" пилотов "Сейбров" в боях периода 1952-1953 гг.

Справедливости ради необходимо отметить, что лётный состав всех 3-х советских авиадивизий также был явно недостаточно подготовлен к войне с таким опытным противником, каким являлась американская тактическая авиация. Ретроспективно оценивая решение командования направить в зону боевых действий соединения ПВО, его вряд ли можно признать обоснованным, поскольку лётчики истребительной авиации войск ПВО не готовились к маневренным боям с истребителями и штурмовиками. Целями перехватчиков были стратегические бомбардировщики или одиночные самолёты-разведчики, действующие, как правило, на больших высотах и без истребительного прикрытия. Но к рассматриваемому периоду в небе Кореи экипажи В-29 после тяжелейших потерь в дневных налётах перешли исключительно на ночную работу, все дневные вылеты выполнялись тактической авиацией противника, действовавшей крупными группами под мощным прикрытием истребителей. Вот в такой неблагоприятной обстановке и начали боевую работу лётчики 216-й ИАД ПВО.

Понятно, что в этих условиях очень важно было доказать молодым лётчикам, что и в сложившихся условиях можно бить американских асов на их модернизированных "Сейбрах", это придало бы уверенности в своих силах и в своём оружии. Кто-то из опытных лётчиков полка должен был показать и доказать это на личном примере. И такой лётчик нашёлся в составе 518-го ИАП: им оказался командир звена 2-й эскадрильи старший лейтенант Михаил Михин.

Уже в следующем своём бою 9 августа с "Сейбрами" из состава 51-го FIW Михаил подбивает первый свой F-86, и тот уходит со снижением в сторону Аньдунского залива и после пересечения береговой черты скрывается из вида. Однако с земли падение этого самолёта противника не наблюдали, и поэтому Михину этот сбитый был засчитан как "подбитый", хотя данные фотоконтроля были отличные. Несомненно, после этого случая командование полка взяло на заметку подающего надежды пилота.

19 августа шестёрка "МиГов" под командованием командира 2-й эскадрильи капитана Н. Я. Молчанова недалеко от местечка Сакусю наткнулась на одиночную пару "Сейбров", видимо "охотников", которые шли ниже наших истребителей. Обнаружив первым самолёты противника, командир группы отдал приказ атаковать паре Михина, что наши лётчики великолепно выполнили. Стремительный бросок камуфлированных "МиГов" сзади-сверху "янки" просмотрели, хотя после первых же выстрелов естественно обнаружили у себя на хвосте наши самолёты и попытались боевым разворотом выйти из-под атаки, но было поздно. Двумя очередями с короткой дистанции Михаил накрыл ведущий F-86, который, загоревшись, устремился к земле. Шедший ведомым Иван Яковлев обстрелял второй "Сейбр", и тот, получив несколько попаданий 23-мм снарядами, оставляя за собой серебристый шлейф керосина, потянул со снижением в направлении Аньдунского залива.

Так в 518-м полку открыли счёт сбитым американским самолётам в этой войне (до этого лётчики полка имели на счету только 2 подбитых F-86), и сделал это Михаил Иванович Михин! За эту победу и ещё один подбитый "Сейбр", старший лейтенант Михин был представлен командованием полка к первой своей боевой награде - ордену Красной Звезды, а также был повышен в должности, став заместителем командира 1-й эскадрильи по лётной части, куда он был переведён из 2-й эскадрильи полка.

4 сентября 1952 года стало днём серьёзных испытаний для всех лётчиков 216-ой ИАД. В этот день американцы бросили на наземные цели севернее реки Чонгчон армаду из 75 "Тандерджетов" под прикрытием 40 "Сейбров". На отражение этого налёта была поднята в полном составе 216-я ИАД и часть сил 133-й ИАД. В этом вылете Михаил Иванович вёл звено в составе 1-й эскадрильи, его ведомым был старший лейтенант Михаил Баннов, вторую пару возглавил старший лейтенант Леонид Панков.

Воздушный бой разгорелся на подступах к Анджу, когда лётчики 518-го ИАП вступили в схватку с группой F-86 из шедшей в головном эшелоне группы расчистки воздушного пространства. В ходе этого боя Михин атаковал одно звено "Сейбров" и, разбив их строй, с короткой дистанции в 250 метров, сбил ведомого из первой пары. Вторая пара F-86 попыталась перейти в контратаку, но пара Панкова, открыв заградительный огонь, отбила этот бросок американских истребителей. Преследуя их, Панков подбил ведомый "Сейбр", который пошёл вниз, но тут на помощь оставшемуся в одиночестве американскому ведущему подошли ещё 2 "Сейбра", и пара старшего лейтенанта Панкова сама попала под удар. Вражеские лётчики стреляли точно: пули крупнокалиберных "Кольт-Браунингов" повредили тяги управления советского истребителя, и Леониду пришлось катапультироваться из потерявшего управление самолёта. При выходе из боя, на подходе к своим аэродромам, боевые порядки "МиГов" были атакованы отдельными парами и звеньями F-86. Практически над самым аэродромом разгорелись многочисленные схватки между отдельными звеньями, парами и экипажами. Преимущество в большинстве из них было за "Сейбрами", так как у наших лётчиков заканчивалось топливо, а у многих подошли к концу боеприпасы. В итоге были сбиты 5 самолётов из состава 216-й дивизии, в том числе 3 из состава 518-го ИАП, правда, ни один из наших лётчиков не погиб. У американцев был сбит один F-86 и ещё подбиты 2 "Сейбра".

Всего же в этот день с обеих сторон было сбито более 10 самолётов. Американцы, в частности, заявили, что лётчики 4-го и 51-го FIW сбили в этот день сразу 13 "МиГов", однако реальные потери советских авиачастей в этом бою составили на самом деле 7 МиГ-15бис (5 самолётов из состава 216-й ИАД и 2 самолёта из 133-й ИАД), погибло 2 советских лётчика (оба из состава 133-й ИАД). По нашим данным, в этом бою лётчики 216-й ИАД сбили одного "Сейбра" и ещё 2-х подбили, а лётчики 133-й ИАД заявили о 2-х сбитых F-86. Американцы, со своей стороны, признали потерю 4-х "Сейбров" и одного пилота (попал в плен).

Исходя их этого, можно сделать вывод, что все заявленные нашими лётчиками победы, фактически подтверждаются американской стороной. Предположительно, в этом бою Михаил Михин повредил F-86E № 50-0678 из состава 334-й FIS 4-го FIW, пилот которого Коберли (Coberly) хоть и дотянул до своего аэродрома, но разбил полностью свой самолёт на посадке, хотя сам уцелел.

В обострившемся в сентябре 1952 года в "Аллее МиГов" противоборстве, в составе 518-го ИАП ярко вспыхнула звезда искусного воздушного бойца Михаила Михина, ведь за один только сентябрь, он одержал 7 побед, сбив 6 истребителей F-86 и 1 штурмовик F-84. Кроме того, ему удалось подбить ещё 2 "Сейбра". В итоге старший лейтенант Михин стал самым результативным лётчиком 518-го ИАП и первым асом в составе всей 216-й ИАД.

Так, уже 6 сентября он сбивает своего 3-го по счету F-86, а через день в районе Ансю сбивает F-84. Потерю своего "Сейбра" 6 сентября американцы не подтверждают, а вот 8-го числа Михин сбил F-84E № 51-596 из состава 9-й FBS 49-го FBW, - судьба пилот этого "Тандерджета", которым управлял 1-й лейтенант Брюс Кэмпбелл (Bruce R. Campbell) неизвестна.

9 сентября состоялось ещё одно крупное воздушное сражение в "Аллее МиГов": в этот день 45 истребителей-бомбардировщиков F-84 под прикрытием примерно такого же числа истребителей F-86 попытались разбомбить военную академию КНА в Сакчу. Над районом Хакенгдонг (Сакусю) их атаковали 64 "МиГа" из состава 133-й и 216-й авиадивизий. Причём в этот раз лётчики 216-й ИАД сковали боем передовой заслон истребителей противника, а лётчики 133-й ИАД нанесли удар по группам ударных самолётов.

Подлинный разгром учинили "Тандерджетам" лётчики 726-го ИАП из состава 133-й ИАД: прорвавшись к штурмовикам, наши сбили 14 F-84, остальные спаслись бегством в сторону моря, куда нашим пилотам было запрещено заходить. Правда, на выходе из боя боевые порядки 726-го полка подверглись атакам "Сейбров" из вновь прибывшей группы перехватчиков, которым удалось сбить 2-х увлёкшихся атакой по штурмовикам наших лётчика: в кабинах своих "МиГов" погибли майор И. К. Сова и старший лейтенант И. И. Капунов. На помощь попавшим в трудное положение лётчикам 726-го полка пришли пилоты двух других полков 133-й ИАД. Во вновь вспыхнувшей схватке противоборствующие стороны потеряли по 3 машины, а ещё одного нашего лётчика из состава 726-го ИАП сбили при посадке на своём аэродроме Дапу "Сейбры" - "охотники". Правда, надо отметить, что майору К. Н. Дегтяреву повезло, так как он смог успешно катапультироваться из горящего истребителя.

В это же время лётчики 518-го ИАП закончили победно бой с "Сейбрами" передового заслона, сбив 3 F-86, из которых 2 были на счету Михаила Михина. Правда, один из них вновь засчитали нашему лётчику как "подбитый", хотя как обычно кадры фотокинопулемёта его истребителя были превосходны - силуэт цели неоднократно накрывался разрывами 23-мм и 37-мм снарядов. Однако на этот раз, атакованный нашим лётчиком вражеский самолёт, видимо, упал в труднодоступном районе Северной Кореи, и с места его падения не были доставлены вещественные доказательства, то есть его обломки. Но, всё равно в этом бою Михаил Иванович одержал свою 5-ю победу в небе Кореи и стал очередным асом 64-го ИАК.

В итоге, в этом сражении, по данным командования 64-го ИАК, был уничтожен 21 самолёт противника (14 F-84 и 7 F-86). Свои потери также были велики: 6 самолётов и 3 советских лётчика. 216-я ИАД в этом бою потерь не имела. Американцы же признали потерю только 5 F-84, 1 F-80 и 3 "Сейбра".

Следующий крупный бой в "Аллее МиГов" состоялся 12 сентября. В отражении налёта истребителей-бомбардировщиков, которые рвались к объектам в районе Ансю, участвовали все 3 полка 216-й ИАД. И хотя на этот раз "Сейбры" не допустили наших лётчиков к боевым порядкам своих подопечных, пилотам F-86 тогда пришлось тяжело: 3 F-86 оказались сбиты и ещё 2 были подбиты. В этом бою вновь отличился Михаил Иванович, уничтоживший один "Сейбр". Итог этого боя говорит о том, что постепенно лётчики 216-й ИАД обретали столь необходимый им боевой опыт, уверенность в своих силах, изучали тактику американцев и начинали понимать, какими способами можно бороться с сильным противником и что противопоставить ему в бою.

Очередную свою победу Михаил Иванович одержал 18 сентября. Вот как об этом бое рассказывает его участник Леонид Николаевич Панков:

"В этот день, мы в составе звена дежурили в кабинах своих "МиГов" в ожидании взлёта. По тревоге мы взлетели в составе двух пар: ведущий звена старший лейтенант Михаил Михин, его ведомым шёл Виктор Лапицкий, а следом вторая пара - я с ведомым Борисом Вадковским. Пока позволяла обстановка, мы постарались набрать как можно большую высоту, чтобы иметь преимущество над противником. Поднялись на 11000 метров, и вдруг наш командир резко пошёл вниз, бросив по радио только одно короткое слово - "Прикрой"! Он вообще был немногословным, только когда это было необходимо, бросал в эфир короткие команды. К тому же в бою вообще не до разглагольствований - всё решали мгновения и секунды, а потому понимали мы друг друга с полуслова. Голос у Михаила всегда был спокойный и успокаивающий одновременно.

Толкнул ручку от себя. Пошли вниз. Скорость нарастает быстро, и тут я увидел, кого решил атаковать Михаил - внизу на наивыгоднейшей для них высоте и скорости идёт так спокойненько себе четвёрка "Сейбров", ничего не замечая вокруг себя. Прошляпили они появление нашего звена, а Михин с ведомым уже атакует их. Хорошо, конечно, было бы врезать по ним всей четвёркой распределив между друг другом цели. Но моя задача заключалась в прикрытии ведущей пары, и я осматривал воздушное пространство вокруг себя. И тут я замечаю сверху ещё одно звено "Сейбров", одна из пар которого уже ринулась на выручку своих товарищей, находящихся под ударом. Без промедления, когда высота с этой парой уровнялась, мы с Вадковским пошли на них в атаку и, открыв огонь по ним, заставили отвернуть в сторону. Михин в это время удачно атаковал звено "Сейбров" и сбил одного из них, а мы с Вадковским удачно обстреляли ведомого "Сейбра" из атакующей Михина пары и, вероятно, подбили его, так как он тут же вышел из боя.

Вообще надо сказать, что американцы умелые бойцы, но крепости духа им явно не хватало. Если в бою пилотам "Сейбров" приходилось туго, то они всегда уходили в сторону моря, при этом запросто могли бросить прикрываемые бомбардировщики и штурмовики. Так они поступили и тогда, благо были ничем не связаны. Мы не стали их преследовать и повернули домой, бой прошёл удачно, и мы, уставшие и довольные, с победой возвратились на свой аэродром".

Американская сторона признаёт в этот день потерю своего F-84G № 51-1157 из состава 430-й FBS 474-го FBW, пилот которого 1-й лейтенант Кельвин Ходел (Calvin E. Hodel) погиб.

F-84G сбитый М.И.Мухиным.

Последнюю победу в сентябре 1952 года Михаил Иванович одержал 29-го числа, и опять в бою с "Сейбрами", и, что характерно, в этом бою победу нашей группе, состоящей из лётчиков 1-й эскадрильи 518-го полка, принесла удачная атака пары Михина: сам Михаил Иванович сбил одного "Сейбра" и подбил другого, а его ведомый Михаил Баннов сбил ещё одного F-86. У нашей группы в этом бою потерь не было.

За высокую результативность в сентябрьских боях и умелое руководство подчинёнными в бою старший лейтенант Михин был представлен командованием дивизии к званию Героя Советского Союза. Так как к началу октября у Михина было на счету уже 8 сбитых и 3 подбитых самолёта противника (в том числе 7 "Сейбров"). Это был лучший результат в дивизии! Но, увы, общая обстановка на ТВД была не слишком обнадёживающей, и это, видимо, достаточно ясно сознавали в штабе 64-го авиакорпуса, а потому Представление на "Героя" Михаилу Михину "задробили", "компенсировав" его орденом Ленина, а также досрочным присвоением воинского звания капитан.

После успешных сентябрьских боёв у Михаила Ивановича наступил спад результативности - никак не удавалось долгое время одержать очередную победу в небе порей. Возможно, это был психологический надлом, наступивший после отказа вышестоящего начальства подтвердить представление на "Героя". Хотя советская пропаганда не уставала повторять, что "солдат в атаки шёл не за награды", однако приуменьшать их значение не стоит, поскольку они в значительной мере являются отражением доблести и славы. Это, конечно, не означало, что Михаил Иванович стал осторожничать в бою или хуже воевать, все боевые задачи, ведомые им лётчики, успешно выполняли, но самому командиру фатально не везло. Увеличить свой личный счёт капитану Михину, уже ставшему к этому времени командиром 1-й эскадрильи, не удавалось вплоть до мая 1953 года.

Но всё когда-нибудь заканчивается, однажды закончилась и полоса невезения. 18 мая в полковом бою, развернувшемся над районом Сиодзио, Михаилу Ивановичу удалось поставить победную точку в своём участии в этой войне. В музее Боевой Славы 518-го "Берлинского" авиаполка сохранился личный рапорт капитана Михина о проведённом им 18 мая воздушном бое, который приводиться ниже:

"Командиру части П/П142192. Доношу, что мною 18.05.1953 г. в 13:55 в в/бою в р-не восточнее Сиодзио 35-40 км был сбит самолёт противника типа Ф-86 при следующих обстоятельствах:

Следуя курсом 300 градусов на высоте 13500 м, обнаружил 4 Ф-86, которые шли на встречных курсах ниже на 1000 м. Я правым полупереворотом пошёл на сближение и атаковал ведущего второй пары. С дистанции 1000 м под ракурсом 2/4 справа открыл огонь. Атакуемый самолёт из-под атаки ушёл под ведущую пару. Тогда я повторил атаку слева-сверху и с дистанции 800-700 м под Р=1/4 снова открыл огонь, самолёт противника сделал резкий левый переворот и ушёл вниз.

С небольшим набором высоты я перешёл в атаку на ведомого первой пары, но был атакован и обстрелян ведомым замыкающей пары и был вынужден выйти из атаки правым боевым разворотом. При ведении огня наблюдал разрывы в левой плоскости и в фюзеляже. По наблюдениям ведомого самолёт противника из пикирования не вышел. Считаю, что самолёт противника типа Ф-86 сбит. По данным дешифрования самолёт противника подбит. Капитан М. Михин".

Надо отметить, что эта заявка на победу подтверждалась и представителями местных властей, что также было отмечено в документах (перевод с корейского):

"18 мая 1953 г. в период 14:30 - 15:30 (по Пхеньянскому времени) происходит воздушный бой над городом Синчисю (Синдзю). В результате данного боя один самолёт противника улетел на малой высоте в море уезда Ень-пхень и взорвался в воздухе. В чём и подтверждаю. 27.05.1953 г. Начальник милиции г. Синчисю ст. майор Цой Чу-Хак".

МиГ-15бис М.И.Михина.

В этом бою сошлись лётчики 518-го ИАП и их давние знакомые - американские лётчики из состава 39-й FIS 51-го FIW. Вёл группу "Сейбров" командир 39-й FIS подполковник Джордж Раделл (George Ruddell). В составе этой группы был и капитан Джозеф Макконелл (Joseph M. McConnell Jr.), который до этого боя уже одержал 15 побед в небе Кореи и считался к этому моменту лучшим по результативности лётчиком в 5-й ВА ВВС США. Причём свои 14-ю и 15-ю победы, капитан Макконелл одержал в утреннем бою 18 мая. В этом втором за день бою Макконеллу удалось сбить самолёт командира звена 2-й эскадрильи капитана Евгения Стадника, который смог спастись на парашюте. Это была 16-я и последняя победа Макконелла в этой войне. В этом же бою командир 39-й FIS подполковник Раделл одержал свою 5-ю победу в небе Кореи и стал 31-м асом в составе 5-й ВА ВВС США. Он сбил лётчика 3-й эскадрильи старшего лейтенанта Константина Рыбакова, который погиб в кабине своего самолёта.

Со своей стороны лётчики 518-го ИАП не остались в долгу перед асами из 39-й FIS, к этому времени получившей название "Кобры". В ожесточённой схватке наши лётчики вогнали в землю Северной Кореи также 2-х "Сейбров", словно демонстрируя ничейный результат зашедшего в глухой тупик вооружённого конфликта на Корейском полуострове. Один из сбитых был на счету Михаила Михина. Предположительно в этом бою капитан Михин сбил F-86F № 51-12962 из состава 4-го FIW, пилоты которых, также участвовали в этом сражении. Пилот этого "Сейбра" дотянул до острова Чо-до и катапультировался, тем самым спас свою жизнь.

27 июля 1953 года было подписано перемирие между противоборствующими сторонами, и вскоре боевые действия в небе и на земле Кореи прекратились. Этот день капитан М. И. Михин встретил уже в звании Героя Советского Союза, которое ему было присвоено 14 июля 1953 года Указом Президиума Верховного Совета СССР за мужество и отвагу, проявленные при выполнении воинского долга.

Всего за свою "правительственную командировку" Михаил Иванович совершил в небе Северной Кореи 140 боевых вылетов, принял участие в 39 воздушных боях, в которых лично сбил 9 самолётов противника и ещё 3 подбил. За всё время участия в боях в корейском небе, Михаил Иванович ни разу не был подбит в бою, что говорит о его высоком лётном мастерстве.



Список известных воздушных побед М. И. Михина:

Д а т аСбитые
самолёты
Место падения самолёта или
проведения воздушного боя
Примечание
19.08.19521  Ф-86Сингисю - Сензен - Сиодзио 
04.09.19521  Ф-86Ялуцзянское водохранилищеF-86E № 50-0678 из состава 334-й FIS 4-го FIW
06.09.19521  Ф-86район реки Ялуцзян 
08.09.19521  Ф-84АнсюF-84E № 51-596 из состава 9-й FBS 49-го FBW
09.09.19521  Ф-86Дэгуандонг 
12.09.19521  Ф-86район реки Ялуцзян 
18.09.19521  Ф-84Предположительно, F-84G № 51-1157 из состава 430-й FBS
29.09.19521  Ф-86 
18.05.19531  Ф-86восточнее СиодзиоF-86F № 51-12962 из состава 4-го FIW

      Всего сбитых самолётов - 9 + 0;  боевых вылетов - 140;  воздушных боёв - 67.



Линия

Публикация производится с разрешения И. А. Сейдова и С. Г. Вахрушева, а так же Издателя.
При использовании любых материалов данного сайта, активная ссылка на него обязательна.

Возврат

Н а з а д