Риттмайстер (ротмистр) Манфред фон Рихтгофен – знаменитый Красный Барон, лучший ас и, без сомнения, самый известный летчик Первой мировой войны. С лета 1917 года он командовал 1-й истребительной эскадрой (JG I), больше известной как «Цирк Рихтгофена», и погиб в боевом вылете 21 апреля 1918 года. Кто же сбил Красного Барона?
21 апреля в 10:30 утра с аэродрома Капи взлетели «Фоккеры»-трипланы истребительной эскадрильи Jasta 11 – всего 10 машин в двух звеньях, одно из которых повел сам Рихтгофен. Над Соммой они встретили «Альбатросы» из Jasta 5 (численность неизвестна, но вряд ли более десятка машин), а с другой стороны фронта туда же подошли три пятерки «Кэмелов» из 209 Sqn RAF. Кроме того, в этом районе находилось еще несколько немецких разведчиков и пара R.E.8 из 3 Sqn AFC.
В долгом, но не особенно результативном для обеих сторон бою приняли участие все перечисленные выше самолеты. Спустя полчаса маневров и стрельбы противники разошлись и вернулись на свои базы. Время шло, все «Фоккеры» один за другим совершили посадку, но красный самолет на аэродром так и не вернулся.
После разбора полетов и опроса передовых артиллерийских наблюдателей было установлено, что ротмистр погнался за одним или двумя «Кэмелами», сумел одного из них сбить, но затем совершил вынужденную посадку, предположительно из-за отказа двигателя или повреждений от огня с земли. Немцы решили, что Рихтгофен попал в плен, и были настолько в этом уверены, что когда два дня спустя до них дошло известие о проведенных союзниками похоронах летчика, они предположили, что барона просто расстреляли после приземления, отомстив за гибель множества британских пилотов. Однако вскоре эта версия благополучно забылась, и наиболее вероятной стали считать гибель командира JG I от зенитного (пулеметного) огня.
Союзникам тоже было небезынтересно знать, кто же сбил немецкого аса. Они даже провели небольшое расследование, пусть и без лишнего фанатизма (вскрытие тела, например, делать не стали, ограничившись поверхностным осмотром). По его результатам победителем был признан командир флайта «A» 209-й эскадрильи капитан Артур Рой Браун, для которого этот успех стал десятым и последним. У некоторых членов комиссии имелось «особое мнение», но оно было проигнорировано, не в последнюю очередь из политических соображений: немецкого аса должен сбивать британский летчик- истребитель, а не безвестный пулеметчик с земли.
За прошедшие десятилетия историки собрали всю возможную информацию о событиях того дня. «Кэмелы» 209-й эскадрильи вступили в бой в 10:45 (немецкое время на час больше). Один из новичков, 2-й лейтенант Уилфред Мэй, нарушил приказ «держаться в стороне от драки» и пошел в атаку. Он обстрелял сначала один «Фоккер», затем другой, после чего с отказавшим оружием оказался в центре схватки. Вспомнив другое указание: «уходить на запад в случае опасности», Мэй так и поступил, однако попался на глаза Рихтгофену.
Когда рядом с «Кэмелом» прошли трассы очередей, британец обернулся и в ужасе увидел за собой красный триплан. Позже Уилфред вспоминал, что спасся лишь благодаря собственному неумению летать: он беспорядочно работал рулями, и маневры машины были непредсказуемы как для него самого, так и для противника. В ходе боя оба самолета на малой высоте уходили на северо-запад. Капитан Браун пришел на помощь ведомому. Переведя самолет в пикирование, он быстро догнал неприятеля, но из-за слишком высокой скорости, чтобы избежать столкновения, вынужден был уйти вверх после короткой очереди. После этого Рихтгофен еще не менее полутора километров (40 секунд) преследовал Мэя, продолжая вести огонь. Затем «Фоккер» начал разворот с набором высоты, но, потеряв скорость, свалился на крыло и врезался в землю возле пикардийской деревушки Во-сюр-Сомм.
В промежутке между атакой Брауна и падением красный триплан обстреливали три зенитных пулемета. Сначала огонь по нему вел «Виккерс» сержанта Седрика Попкина из 24-й австралийской пулеметной роты, затем аэроплан попал в зону эффективного огня двух «Льюисов», прикрывавших 53-ю батарею 14-го австралийского полка полевой артиллерии (пулеметчики – рядовые Роберт Бьюи и Уильям Эванс). У места падения немецкого самолета была сразу выставлена охрана, но едва стало известно имя погибшего летчика, машину буквально растерзали охотники за сувенирами. Тело аса осматривали по меньшей мере три раза, и все врачи сошлись на том, что Рихтгофена поразила единственная пуля, выпущенная сзади-сбоку и прошедшая навылет.
По расположению входного и выходного отверстий можно было приблизительно установить угол попадания пули: 37° сзади и 12° снизу (за начало отсчета принята прямая, проходящая справа налево в горизонтальной плоскости). В зависимости от того, сидел ли летчик прямо или оглядывался назад, прижался к спинке сиденья или наклонился вперед, выстрел мог быть сделан в секторе от 11° вперед до 58° назад и от 12° вниз до горизонта. Получилось, что роковая пуля могла прилететь как с земли, так и с воздуха. Правда, если пуля срикошетила от кости, то все эти расчеты теряют смысл.
В Канаде в музее хранится пилотское сиденье, снятое, как считается, с самолета Рихтгофена. На нем отсутствуют какие-либо отверстия, за исключением крепежных. Если оно действительно с красного триплана, то можно сделать вывод не в пользу Брауна: он стрелял вдогон, а значит, в спинке сиденья должна быть пробоина. В настоящее время большинство историков склоняется к тому, что самый результативный летчик-истребитель Первой мировой войны был сбит огнем с земли.
Вечером 22 апреля Манфреда фон Рихтгофена со всеми воинскими почестями похоронили на кладбище городка Бертангль, в 7 км к северу от Амьена. Британская пресса опубликовала некролог:
«Манфред фон Рихтгофен мертв. Он был храбрецом, аристократом и настоящим бойцом. Пусть он покоится с миром».
Комментарии к данной статье отключены.